Как всё началось
Одна старая книга, трое детей и вечер, который всё изменил
Катя принесла домой потрёпанную книжку — Владимир Яковлевич Пропп, «Морфология волшебной сказки», 1928 год. А в ней — открытие: все русские волшебные сказки сложены из одних и тех же кубиков. Тридцать одна функция — и из них, как из нот, рождается любая история.
А дома каждый вечер — одна и та же история. Лола не засыпает, потому что страшно. Леон обижен на весь мир. Лукьян требует внимания — прямо сейчас, немедленно. Но стоит начать рассказывать сказку, где герой проходит через что-то похожее — и что-то меняется. Ребёнок затихает. Слушает. Проживает.
Главный идейный вдохновитель этого проекта — мой дедушка, Мамигон Миранович Амбарцумян. Он и не знал, что рассказывает «терапевтические сказки» — он просто рассказывал. За обедом, чтобы я доедал суп. Вечером в темноте, чтобы я не боялся засыпать — и придумывал такие удивительные истории и приключения, что страх сам куда-то уходил, а я слушал, затаив дыхание. Запоем, вечер за вечером, ложка за ложкой.
Меня назвали Митей в его честь.
В детстве я открывал книги с иллюстрациями Ивана Яковлевича Билибина — и замирал. Это был не рисунок. Это был вход в другой мир. Я хочу, чтобы наши дети чувствовали то же самое.
— Митя, папа и сооснователь
Мы соединили структуру В.Я. Проппа с гуманной педагогикой Шалвы Александровича Амонашвили — где ребёнок не объект воспитания, а целая вселенная — и доверили текст самой сильной языковой модели. Проверили на своих. Лола перестала бояться грозы после сказки про девочку, подружившуюся с громом. Леон стал мягче с младшим. А Лукьян каждый вечер тянет за руку: «Пап, ещё одну!»
